?

Log in

No account? Create an account

[icon] would not it be strange when we are fully grown?
View:Recent Entries.
View:Archive.
View:Friends.
View:Profile.

Tags:,
Security:
Subject:СКАЗКА О ДОРКОВСКОМ ПОПЕ И ТЕМНОЙ ВОДЕ
Time:05:06 pm


Дорковский поп утонул на Пасху. Дело было так. После заутреней священнику полагалось окормить приход, служа молебны по деревенским часовням. Затем, по установленному обычаю, обходились избы. Крестьяне причащались святых даров, поднося взамен собственные. Пасхальные молебствия - работа не простая (наливают - пей!): деревни в старину стояли густо, да изб по двадцать-тридцать в каждой. Богоугодное дело поп, разумеется, знал и любил, но чрезмерность крестьянской щедрости вынуждала прибегать к услугам служки, тащившего за пастырем улов святого дня.

По укладу, заведенному еще предшественниками его предшественников, последний молебен служился в Погорелово, красивой деревне на высоком берегу Виги. Лошади с трудом волокли по разбитым колеям перегруженную телегу, утешаясь тем, что в предыдущей деревне, Таракунино, подносили скудно. Происходило так не по скупости жителей, а по их нужде. Погорелово славилось своими крепкими, дельными мужиками; двухэтажными, не хуже городских, домами, где внутри и лестницы с балясинами, и горницы с паркетом и расписанные по штукатурке потолки. Таракунинцы жили в избах покосившихся и худых; считались мужиками непутевыми и ко всякому делу негодными.

Впрочем, забегая вперед, отмечу, что по прошествии немногих лет положение дел коренным образом изменилось. Обнаружилось, что причина таракунинской нужды кроется не в отсутствии деловой жилки и не в лени, а целиком объясняется в рамках классового подхода. Оказалось, что по своему происхождению таракунинцы - чистокровный угнетаемый элемент, тогда как погореловцы - потомственные эксплуататоры. Для всей округи это открытие было столь неожиданным, революционным, что произвело переворот не только в головах, но и в относительном благосостоянии двух деревень. Стоило таракунинцам осознать нищету положением, во всех отношениях выгодным, как дела их пошли в гору: организовалась коммуна, открылась почта, лавка, школа. Решительно порвав с пережитками нищего прошлого, сход постановил именовать деревню созвучно эпохе - Красной Нивой. Погореловцы только хмыкали, следя за успехами соседей, но дела их в соответствии с постулатами коммунистического учения шли из рук вон плохо. Колхоз их, учредив, влили в краснонивский: пришлось отдать немалую часть обобществленного имущества соседям. Раскулачили лавочников, братьев Анисовых; мельника Варламова; отходников Лукиных. Кулаченные семьи поселили в глухой тайге на севере уезда, где многие опухли и умерли. Погореловцы поскромнее перевозили избы за реку. Вскоре деревня утратила значимость настолько, что новую дорогу из уездного города пустили в обход, что было немыслимо в те дни, когда дорковские попы служили молебны в часовне, где теперь для пользы общего социалистического дела устроили магазею.
Но вернемся к тем временам, когда Погорелово славилось богатством, широкими праздниками и пасхальными подношениями. Попу только и оставалось протягивать пухлую от поцелуев руку, пропускать рюмку за рюмкой, сковыривать с яиц скорлупу, отдавать куличи служке да отирать морщинистый лоб. Но всему на свете положен предел: иссякло и радушие славных жителей Погорелово, успев, впрочем, приятно утомить дорковского пастыря. Поддерживаемый Июдиным, деревенским старостой, и Варламовым, мельником, поп направился к переправе. Крестьяне, почтительно сняв шапки, следовали в отдалении.

Весна в тот год началась сразу и скоро: на берегах Виги еще лежали сугробы, а солнце уже припекало по-летнему. Безмятежная и неторопливая летом, вскрывшись ото льда, река поднимается на сажень; течение ее своенравно и опасно. В разлив сообщение между деревнями осуществлялось посредством "корыта" - так называют две скрепленные рейками долбленки. В одной сидит перевозчик с шестом; другая предназначена для путников.

Процессия подошла к реке. Паромщик - таракунинский мужик, здоровый детина с лихим вихром, прорастающим из под картуза, с вожделением смотрел на щедрые дары погореловцев. Исстари дорковские попы угощали паромщиков. Однако наш поп порою пренебрегал обычаем: вернее всего его предшественник забыл, передавая дела, упомянуть про интересы таракунинских перевозчиков. Поэтому взгляд паромщика был одновременно заискивающим и дерзким: мол, было бы недурственно, батюшка, но ежели снова никак, то обойдусь и без благословения.

Погореловские крестьяне выстроились вдоль берега, поп широким жестом благословил их, троекратно облобызался со старостой и шагнул в груженную служкой долбленку. Паромщик оттолкнулся от погореловского берега и уверенно направил корыто к берегу таракунинскому, где двое пастушков стерегли телегу с дарами. Лодки быстро заскользили по воде; перевоз протекал в русле освященной временем традиции. Еще несколько взмахов шеста, и долгий, утомительный святой день закончится, как заканчивался из века в век: привычные лошади неспешным шагом доволокут спящего на телеге попа до погоста. Но не в этот раз: внезапно изза крутого поворота вынесло смытую талой водой ель. По толпе крестьян прошел гул. Перевозчик услышал, обернулся, но было поздно. Раздался треск, корыто разломилось на половинки, которые тут же подмяло под корни дерева. Паромщик сумел, мощно толкнувшись шестом, зависнуть и спрыгнуть на ствол ели. Поп же очутился в воде. Блеснул на солнце крест, мелькнула ряса... Живым его с тех пор не видели.

Столь внезапная и нелепая гибель дорковского пастыря стала любимой темой пересудов на годы вперед. Говорили о ней всюду: при встрече соседей на покосе, вечером на завалинке, в лавке или в известной на всю округу чайной в Введенском. Похрустывая колотым сахаром, завсегдатаи заведения степенно рассуждали, что гибель священника, да на Пасху, не случайность, а божья кара за алчность, лень и чревоугодие. Попу поминали тяжбу за покосы на дорковском лугу, поборы за требы, усердие к застольям и сонное уныние служб. В развитие беседы кто то из старожилов замечал, что и предшествующие настоятели прихода не были бессеребренниками, и тоже служили через пень колоду, а покойник и вовсе мыслил по новому, подсократив бессмысленные бормотания и каждения. "По но-о-вому. То-то и оно. Ишо и паромщику не наливал." - качали головой старики. Разговор неминуемо перетекал к другому замеченному за покойным греху: пьянству. Вспоминали, что ни один дорковский священник не гляделся в донышко столь часто, как утопленник. "Через то и принял водяную смерть. Глядится нонче в воду, да не с той стороны." - заключали собравшиеся. Но непременно находились спорщики, указывавшие, что покойник имел стать и охват, позволявшие хватить лишку без ущерба для духовных качеств. Согласно ли качали головами слушатели, скребли ли затылки в недоумении, но сходились в том, что случившееся не к добру.

И впрямь: осенью на Никольском болоте вызрела продолговатая клюква, по весне у криворогой коровы мельника Варламова появился рыжий теленок с хвостатой звездой промеж глаз, а летом случилась война с немцем, затем неразбериха в Петрограде: распространившись на всю страну, она повлекла нескончаемую череду неурядиц. Гибель дорковского попа в последний безмятежный год стала в глазах округи вехой, отделившей старое от нового. Тем паче, что еще до германской войны произошло событие, окончательно убедившее всех в том, что тут дело не чисто.

Ниже переправы Вига круто сворачивает влево, чтобы, подойдя почти к Таракунино, заложить новую петлю. В этом месте река ныряла в омут перед мельничной плотиной. Мельница, принадлежавшая погореловцу Варламову, давно исчезла; но бочаг, окруженный старыми ветлами сохранился по сей день. Здесь и обнаружили попа. Труп безуспешно ловили баграми от переправы до мельницы. Когда вода спала, два таракунинских мужика снарядились тщательней поискать покойника у запруды. Тело было им без надобности, но по здравому размышлению они решили, что рядом обнаружат пасхальные дары. И впрямь: с первого же заныра удалось отыскать в илистом бочаге полную четверть. День был солнечный. Ныряльщики, воодушевленные успехом, опробовали содержимое находки и продолжили поиски. Один из них заметил под корнями старой ветлы что-то блестящее. Уйдя под воду, он вынырнул с массивным нательным крестом в руках. Через мгновение над водой появился и хозяин креста. Борода и волосы утопленника были зелеными от водорослей, ряса надулась блестящим черным пузырем. Поп перехватил распятие из рук остолбеневшего пловца, смерил его рыбьим стекленеющим взглядом и, вытащив из недр рясы штоф, со звоном разбил о голову несчастного. После этого поп ушел вниз, под воду, а ловец даров, в согласии с законами природы, приобрел строго противоположное направление движения: выскочил из реки, и как был, то есть в чем мать родила, убежал в деревню.

Известие о появлении в Виге попа-водяного мгновенно облетело округу. Если и были те, кто не поверил голому, разящему винокурней и заикающемуся ныряльщику, то вскоре сомнения развеялись: поп был замечен у омута, где напугал привезших зерно на мельницу; видели его и у переправы, где он за малым не утащил в реку корову погореловского лавочника. Люди пожилые в растерянности скребли затылки: о водяных в рясе даже убеленным сединами слышать прежде не приходилось.

С той Пасхи утекло довольно воды. История страны, как и река, унесшая Дорковского попа, не раз выбегала из берегов, чтобы сменить привычное русло. Девственные леса расчищались под колхозные поля; старые нивы наоборот зарастали. На новых, в зависимости от перегибов в генеральной линии, высаживали то кукурузу, то ветвистую пшеницу. Деревни на косогорах хирели и отмирали; росли бараки леспромхозных поселков и насыпи узкоколеек. Мельничные запруды ветшали и рушились, уступив место уловам лесосплава. Потом рельсы, питавшие леспромхозы, разобрали на металлолом. Отрезанные от главной ветки новые поселки почернели и сгнили, бегущие к ним насыпи поросли осинником, а на месте лесосплавных плотин бобры отстроили собственные.

Лишь безобразия, чинимые Дорковским водяным, продолжались независимо от превратностей истории. Впрочем, поп не был чужд исторического момента, понимая его в духе определенного обострения классовой борьбы, происходившего в те годы: было замечено, что чаще всего он является колхозным активистам. Кабы выходило ему хоть раз в месяц пугать до полусмерти молоденьких комсомолок, то вовсе не тревожил бы поп покоя богобоязненных старушек. Антисоветский уклон утопленника вызывал немалое количество пересудов по обе стороны реки. Коммунисты, в первую очередь из тех, кто не успел поближе познакомиться с водяным, отмечали, что его поведение вполне укладывается в популярную тогда теорию исторического материализма, о которой любили рассказывать приезжие из города лекторы. Дескать, поп-водяной есть контрреволюционная агентура кулаков, злобный враг колхозного крестьянства, троцкистско-бухаринский шпион и вредитель, чьи антисоветские выпады вызваны бессильной злобой к достижениям социалистической деревни. "Со звездою красной заколочка, не гуля-я-яй у реки комсомолочка" - пели под гармошку мужики попроще.

Один из колхозных активистов, набравшись смелости, рассказал про присутствие в краснонивских водах контрреволюционера ответственному товарищу, прибывшему из центра в целях ревизии. Товарищ поднял незадачливого активиста на смех и, проведя разъяснительную беседу о вреде религиозных предрассудков, отбыл в район, прихватив паникадило из недавно закрытой Дорковской церкви. При переправе через Вигу водяной опрокинул тарантас ревизора и утащил на дно паникадило; самого же ответственного работника колхозники сняли с соседней елки. Случай приобрел известность в районе и области. Ответственный товарищ пытался изжить перешептывания за спиной, но стоило унять их за левым плечом, как они с удвоенной силой возникали за правым. Объяснить пребывание на елке было возможно, лишь признав материальное существование религиозных предрассудков, что, пожалуй, было намного опаснее перешептываний. В скором времени дела ответственного работника пошли под откос. Вначале его освободили от ответственности; затем следствием была доказана его звериная сущность. Товарищ из центра оказался вовсе даже не товарищем, а оборотнем и гидрой контрреволюции. Новость эта вызвала определенное удивление по берегам Виги. Самые политически грамотные колхозники и те не могли взять в толк, зачем поп загнал на елку сродственный, по сути, элемент. Это свидетельствует о том, что краснонивцы в то время еще не в полной мере овладели всеми нюансами классовой борьбы.

Впрочем, известности попа, как врага колхозов, эпизод с ревизором-оборотнем не повредил. Возникло и широко распространилось поверье, согласно которому водяной не успокоится, пока жива советская власть. Кто-то заметил, что пленумы и речи вождей партии вызывают повышенную активность утопленника. Опираясь на это наблюдение некоторым колхозникам удавалось предсказать колебания партийного курса по поведению водяного. В год выдачи паспортов его не видели ни разу, что было воспринято, как знамение скорого конца Советов. Однако, в следующем году он появился вновь, а строй сменился нескоро. Ко всеобщему удивлению, встречи с попом при капиталистических отношениях продолжились. Объяснить эту диковину поначалу не мог никто; но народ смекалист и найдет ответ к любой загадке. Решили, что все дело в плохой экологии. Загрязнение среды обитания, обмеление рек, молевой сплав, мелиорация, массовое глушение рыбы - все это отрицательно сказалось на слабом рассудке попа. Говоря проще, водяной окончательно съехал с катушек: так рассудил мир.


2

В середине Пустыни, в пяти верстах от избы Димыча, есть круглое озеро. Зовется оно нехитро - Озерцом, а деревня, располагавшаяся на его берегах, встарь называлась Спасом-на-Озерках или попросту Спасом. От деревни не сохранилось и следа; но над бывшим выгоном, на горе, среди замшелых вязов и зарослей крапивы, за покосившейся, кирпичной, с круглыми башенками, оградой прячутся руины церкви.

Место это старое, намоленное. Говорят, после неудавшейся осады Китежа, укрытого от войск Батыя в глубине озера Светлояр, татары напали на Вигский край и выжгли его. Любой старожил укажет "татарскую тропу" и остатки рвов, вырытых, чтобы задержать конницу. Рвы эти редко имеют более метра в ширину и подозрительно похожи на остатки межевых канав. Впрочем, недостаточная ширина рвов только укрепляет людей пожилых в вере в успех супостата, который, как рассказывают, пожег все верхнее течение Виги до состояния пустыни, или, на местный лад пУстыни. Старые колодцы татары забросали мертвой человечиной, а вырытые вновь на пепелище не давали воды. Выжженная, безводная местность опустела и заросла сорным лесом.

В те годы появился в заволжских лесах необычайной святости угодник, прославившийся исцелениями и многими иными чудесами. Пришедши от Троицы, искал он удобное для обители место. Слава опережала святого: издалека стекались люди за его благословлением. Он же выспрашивал их о северной стороне. От богомольцев и узнал угодник о сожженной и брошенной земле, называемой Пустыней. Достигнув сей местности святой, помолившись, выбрал низкое место между холмами и ударил посохом. Из земли забили ключи, заполнив котловину и образовав озеро, из которого потек в Вигу быстрый ручей.

На берегу угодник поставил келью, где прожил в строгой схиме несколько зим и лет. Весть о чуде шла по заволжской глуши в лохмотьях странников. Люди божьи, монахи-чернецы, ища подвига, строили келейки вкруг Озерца. За ними стекались крестьяне, рубили на Пустыни починки и деревни: Гладково и Григорово, Костино и Капустино, Санцилово и Сазоново, Алешково, Еляково, Леоново, Фалилеево, Крутцы и Лучкино. Выросла на берегу бутоном лесного цветка маковка церквушки, вокруг тын-частокол, а за ним посад Спаса-на-Озерках. Не протолкнуться тут от нищих, кликуш, юродивых,бродяг, ищущих исцеления и благодати от угодника. Но уже нет его: сказывают, ушел переброжим каликой, непримеченный, с сумой на плече, ища нового покоя в стране лесной тиши и беловодья порожистых речек. А густозаселенный край вокруг монастырской слободы, лишь по старой памяти называемый Пустынью - остался.

Ветлы роняли годы в темную от палой листвы воду. В Петербурге вышел указ о закрытии, за ветхостью, Спасозерской обители. Дьяк с подьячим, да немец в камзоле увезли на почтовых бывший при монастыре чудотворный образ в столицу. Осталась церковь, но через полтораста лет и она не бежала разорения. Уездный исполком постановил находящееся в деревне Озерки культовое сооружение закрыть, а кирпичи из кладки рекомендовал использовать при строительстве свинофермы. Но разбиравших Спас мужиков унесло ветром новой войны; не многие из них вернулись с нее. Дети дождавшихся и дети отревевших потянулись в большие города. Стучали молотки, заколачивались избы, где-то гудели поезда. Стирались дождями лики на фресках старого храма, один за другим гасли огоньки деревень: Гладкова и Григорова, Костина и Капустина, Коровьих, Большого и Малого, Назарова и Фомина. Как и во дни разорения, поля и покосы покрылись сорным лесом. Пустыня вновь обезлюдела. Озерцо заболотилось, краями заросло камышом, затянулось ряской и теперь только в самом его сердце, где на глубине бьют родившиеся по молитве угодника ключи, уцелело зеркальце чистой воды.


3

Прошлой осенью в Спасе-на-Озерках появился брат Виссарион. Откуда он пришел доподлинно неизвестно. Говорят на этот счет разное. Кое-кто рассказывает, что с Ипатия; другие думают - с Троицкой Лавры; хохол Мыкола, прибывший в леспромхоз лет тридцать как, считает что из Почаевской; а Дима-молдаванин, помогавший Виссариону ставить келью, уверяет, что с самого Афона.

Началось все со слуха, пронесшегося по сельсовету. Мол, объявился в райцентре Витька Акинфеев, сгинувший в девяностые, только теперь он в рясе, с бородой и звать его солидно: Виссарионом. Ходит по присутствиям и все вынюхивает, вроде гдей-то землицы урвать, в хорошем месте: у речки или у самого Озерца.

Замечу, что Спас в сельсовете считается местом лакомым и в охотниках порыбачить там недостатка нет. Первым засуетился фермер Пустыхин, любитель побродить с бреднем. По его слову выходило, что Виссарион - монах липовый, и, получив землю, проход перекроет, а еще чего доброго слюбится с парфеньевскими, в девяностые устроившими замор, и заодно с ними изведет всю рыбу. "Был Акинфеев проходимцем, им и остался." - подытожил Пустыхин, уезжая в райцентр подавать заявку на аренду участка. Подсуетились и пустыхинский неприятель Семеныч, удачливый охотник-промысловик; пенсионер Бубенцов; вздорная продавщица Галкина с сожителем; и слепой ветеран Хрычев: в райцентр за него поехали внуки, никогда не упускавшие повода попользоваться героическим дедом. В райсовете заявки пронумеровали, подшили, передали земельщикам, откуда они ушли в кадастр, попылились для порядка в шкафу и вернулись обратно. Делать было нечего. Земельный комитет собрал закрытое заседание, рассмотрел вопрос по существу и выпустил резолюцию: "В связи с особой природной ценностью уникального памятника природы озера Озерцо в поданных заявлениях заявителям отказать."

Тем временем, Виссарион прошмыгнул в сельсовет, осмотрелся, нашел по сходной цене готовую баню, раскатал ее, нанял трактор, перетащил к Спасу и на столбах у берега собрал сруб. Перед дверью, обращенной к озеру, он сколотил крыльцо-веранду; разжился буржуйкой, прицепом дров, запасом керосина; поднял на конек сколоченный из дощечек крест и зажил в пахнущей смолой келье. Заросли иван-чая и крапивы за жильем он расчистил под огородик, а для удобства набирания воды сколотил перед крылечком деревянные мостки через осоку. На другом берегу озера Виссарион обнаружил старую, но не трухлявую долбленку; залатал ее, выбрал подходящую жердь под шест и зачалил лодку к мосткам.

В пустынном лесном краю Озерцо стало Виссариону верным спутником. Утро начиналось молитвой, затем монах проверял мережи на своем челне: озеро редко отказывало в рыбе. Вечерами он сидел на крыльце и наблюдал за ним, не переставая удивляться. В хорошую, ясную погоду вода озера была легкой, прозрачной и такой чистой, будто и нет ее совсем. Под хмурыми тучами вода становилась темной, вязкой и тяжелой, но стоило хлынуть дождю как по ее зеркалу начинали извиваться серебряные змеи. Прислушиваясь к раскатам грома, Виссарион вспоминал рассказы о коварстве озера, об утонувших в нем людях и молился об их душах. Но вот дождь стихал, ветер разгонял тучи. Последние солнечные лучи багрянили кирпич старой церкви. Теперь вода была золотом с нимбов угодников. Виссарион выходил к краю мостков смотреть, как гаснет день в воде Озерца. Пожалуй, никогда прежде он не был счастлив безмятежным, полным, и искрящимся, как капли летнего дождя, счастьем.

Зима пришла скоро, прочно укрыла ледяную, озябшую гладь озера, закрутила круговерть метелей. От половины Рождественского поста до самого Крещения морозы чередовались с лютым ветром и буранами. Надев телогрейку поверх рясы и подрясника, Виссарион брел по натоптанным стежкам к середине озера, проверял лунки. Рыба не шла. Возвращался в келью, коротал время, экономил керосин. Он понял свою ошибку: сруб был поставлен на южной стороне озера, под заросшими лесом руинами церкви, так, что в короткие зимние дни солнечный свет не попадал в окна. Виссарион жег лампу в пол фитиля, читал Евангелие, потом задувал свет и молился в темноте тесной, пропахшей дымом и немытым человеческим телом, кельи, прислушиваясь к стонам бури или далекому вою волков.

После Крещения зима переменилась. Небольшую оттепель сменил легкий мороз и искрящееся снежное солнце. Пошел карась, сорожка, окушки. Виссарион полюбил скольжение по снегу на выстроганных еще осенью лыжах. За церковной горой обнаружилась поляна с одинокой сосной, о которую любили тереться лоси; здесь почти всегда можно было их увидеть. Перелесок за кулигой выводил в Санцилово, там уже недалеко было и до Григорово, потом шли Лучкино, Башкодино. Виссарион ходил от урочища к урочищу, подолгу сидел у заброшенных изб, вглядывался в черные проемы окон. В одной из них он заметил образ, висевшую среди клочков газет и обоев на дальней от сеней стене. Пола в избе не было и пробраться к иконе можно было только балансируя по обледенелой балке. Виссарион аккуратно ступал, раскинув руки, силуэт огромного черного ворона в брошенном человеческом гнездовье.

На самодельной иконе, сделанной из ярко-голубой когда то, но теперь почерневшей, доски, по виду выпиленной из старой перегородки, были написаны апостол Петр и Андрей в лодке. Нижняя часть образа была как бы морем или озером: среди барашков волн в нем тонули души людей, худосочные и бестелесные. Апостолы сетью вытаскивали их в свое судно. Верхняя часть была небом, покрытым белой пеной облаков. По ним то там то сям были расставлены срубы и избушки небесных селений, где обитали ангелы, улыбавшиеся труду апостолов.

Виссарион прикрепил тяжелую доску к заплечному мешку и заскользил обратно, подгоняемый холодным солнцем, торопливо опускающимся в черный лес.


4

На Вербное воскресенье зима потекла ручьями из Озерца в Вигу, из Виги в Унжу, из Унжи в матушку Волгу, а уже через неделю робкие ростки прогвоздили сырую и сонную землю. В Никиту Вешнего, выпавшего на Страстную, попалась в мережи сорожка с мутным, заплывшим глазом. С нее то и пристала к монашьему сердцу тоска. Тоску эту принял Виссарион за искушение, пришедшее от ленности в подвигах и слабости веры. Сам себе назначил епитимью: встать на молитву и бить поклоны за полночь. Но рвения в сердце не обнаружил, а нашел в нем только слякоть и апатию, с нее и заснул, растянувшись на досках пола.

Утро дало знать о своем приходе холодной ломотой в теле. Зыбкий и склизкий туман стоял над пятнами тающего снега. На льду собралось по щиколотку белесой воды. У края мостков, словно окно в глубину озера, чернел проем проруби. Прочтя скороговоркой молитву старцев, Виссарион затопил буржуйку и вышел по воду. Еще с крыльца он заметил на льду возле проруби темный, похожий на снулую рыбу предмет. Это была старая, перебинтованная водорослями, закупоренная бутылка, несущая в себе послание зримое и вещественное: чистую прозрачную жидкость. Под водорослями обнаружилась размокшая, но читаемая этикетка. Бородатый рыбак на наклейке тянул из барашков волн сеть, в которой трепыхалась оранжевая рыбка; стилизованная под вязь надпись гласила: "Белое Озеро. Крепость 40%". Почернел Виссарион, помутнел взглядом, выкинул в прорубь бутылку. Плеснула оранжевая рыбка с этикетки хвостом и ушла во тьму, булькнув разок на прощанье.

Продолжение следует....

Это, собственно, присказка. Сама сказка впереди. Но дописать надо.
В этой связи вопрос - интересно - не интересно? Занудно - не занудно? Атмосферно - не атмосферно? Смешно местами или не смешно? Писать дальше или не писать? Сюжетов, кстати как выяснилось, не четыре, а восемь. Все, можно сказать, случились на самом деле,с большинством героев знаком лично. Один из сюжетов - здесь, немного причесать надо. Остальные еще не написаны. Заморачиваться?
comments: Leave a comment Previous Entry Share Flag Next Entry

Page 1 of 2
<<[1] [2] >>

av_klement
Link:(Link)
Time:2014-02-03 01:34 pm (UTC)
прочел до упора...колоритно...:)
продолжение...?
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-03 02:13 pm (UTC)
Будет.... но не быстро. Придумывать ничего не надо, но тескст такой не за одну ночь пишется...
(Reply) (Parent) (Thread)


frantsouzov
Link:(Link)
Time:2014-02-03 01:37 pm (UTC)
Очень интересно! Ждем продолжения!
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-03 02:13 pm (UTC)
Спасибо!
(Reply) (Parent) (Thread)


kirgal
Link:(Link)
Time:2014-02-03 01:44 pm (UTC)
Интересно и сочно. Продолжать, конечно.
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-03 02:14 pm (UTC)
Спасибо!
(Reply) (Parent) (Thread)


bibisi
Link:(Link)
Time:2014-02-03 01:53 pm (UTC)
Давайте продолжение скорее!
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-03 02:13 pm (UTC)
Не быстро сказки сказываются. Сюжет то проработан в мелочах но пишется в таком качестве медленно... Как только, так будет.
Спасибо!
(Reply) (Expand) (Parent) (Thread)


_losharic
Link:(Link)
Time:2014-02-03 02:35 pm (UTC)
отвечаем :) интересно. Атмосферно. З
анудно немного, но я вообще рассказы не люблю. Наверное, было бы веселей в виде фильма, т.е. в качестве подробного сценария.
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-03 06:46 pm (UTC)
Гм, фильм то снимать надо, снимать фильмы я точно не умею.
(Reply) (Parent) (Thread)


glam_sas
Link:(Link)
Time:2014-02-03 02:45 pm (UTC)
продолжения!!))
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-03 06:45 pm (UTC)
Спасибо... буду стараться.
(Reply) (Parent) (Thread)


mystagogus0
Link:(Link)
Time:2014-02-03 05:48 pm (UTC)
круто, "сказки 21 века"
обязательно продолжать =)
сейчас ведь не существует уже литературы о современных сельских реальностях

(кстати, если не смотрел: bells from the deep)
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-03 06:44 pm (UTC)
Спасибо...

Про этот фильм не знал, хотя Герцога люблю. Упущение!

Напомнили, кстати у меня фоточка завалялась, старушки в конце 60ых обползают озеро Светлояр на коленях.
(Reply) (Expand) (Parent) (Thread)


photosof
Link:(Link)
Time:2014-02-03 07:17 pm (UTC)
Очень интересно, прочитал на одном дыхании!
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-04 07:51 am (UTC)
Спасибо!
(Reply) (Parent) (Thread)


mishbanych
Link:(Link)
Time:2014-02-03 07:35 pm (UTC)
Завидую, что есть время написать такой текст. Мне даже прочесть некогда((
(Reply) (Thread)


honestlil
Link:(Link)
Time:2014-02-03 08:22 pm (UTC)
Да. Писать. Пожалуйста.
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-04 07:52 am (UTC)
Постараюсь. Спасибо!
(Reply) (Parent) (Thread)


alex_puff
Link:(Link)
Time:2014-02-03 08:48 pm (UTC)
От же экий окаянный, чего писАть удумал! :) Ну теперь что хоть, пиши уж дальше!

Edited at 2014-02-03 08:49 pm (UTC)
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-04 07:51 am (UTC)
:-) Образ Таракунино тут немного лирический ;-)
(Reply) (Expand) (Parent) (Thread)


oloy
Link:(Link)
Time:2014-02-04 08:23 pm (UTC)
Восторг! Автор сам тащится от произведения и это главное. Ничего не надо менять, занудность - неотьемлемая часть игры. В целом напоминаешь Лескова, такая игривая язвительность, но с любовью. Мечтаю о рассказе про бал в Нероново ;-) Про Озерки. А почему Спас, когда там церковь положени риз во Влахерне? И монастырь-то не то чтобы закрывали, а просто все отобрала Е2 и он сам не смог существовать . Или я не прав?
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-05 04:34 pm (UTC)
Спасибо. Ну эти истории все таки полувыдуманные. Я честно говоря не представляю этот текст с "церковью положения риз в Влахерне". Тем более, что Бог весть какая там изначально церковь стояла.

Про Нероново буду писать как эту закончу. У меня кстати есть записи свидетельств двух очевидцев и еще одного человека, который сам там не был, но пересказал со слов своих друзей, присутствовавших при этом историческом событии. Но хотя лучшего подарка в плане сюжета даже представить сложно, все равно там реальность надо будет подработать.

А кстати что ты под занудством понимаешь?
(Reply) (Expand) (Parent) (Thread)

jivica
Link:(Link)
Time:2014-02-04 08:59 pm (UTC)
Отменно - пиши ещё!
Я так думаю, если карту ещё нарисовать с картинками... ;)
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-05 04:36 pm (UTC)
Гм... карта хорошая идея.
(Reply) (Parent) (Thread)


Basil Marmer
Link:(Link)
Time:2014-02-05 10:56 am (UTC)
очень интересно, стиль хороший. пишите ещё :)
(Reply) (Thread)


_lurry_
Link:(Link)
Time:2014-02-05 11:50 am (UTC)
Обязательно писать дальше!
(Reply) (Thread)


kopanga
Link:(Link)
Time:2014-02-05 04:36 pm (UTC)
Спасибо!
(Reply) (Parent) (Thread)

[icon] would not it be strange when we are fully grown?
View:Recent Entries.
View:Archive.
View:Friends.
View:Profile.